ПРОЕКТ
«ПИР»

«Пир» собирается из живописных работ Виктора Пономаренко — художника, который переносит традицию голландского натюрморта в контекст современной культуры. Его практика обращается к тем же композиционным и техническим приёмам, что и у мастеров прошлого, но работает с современным контекстом и новыми смыслами.
В своих произведениях Пономаренко использует визуальный код классической живописи, заменяя привычные символы изобилия на объекты повседневного потребления. То, что ещё вчера было частью бытового потока, в его работах приобретает статус искусства — и становится способом зафиксировать не изобилие, а его утрату.

инсталяция становится пространственным продолжением этой художественной практики и также собрана по законам голландского натюрморта. Композиция, свет, расположение предметов — всё отсылает к визуальному языку XVII века, где каждая деталь была носителем определённого смысла, а сама сцена становилась способом говорить о жизни и об отношении к ней.

Еда всё чаще редуцируется до функции: быстрой, удобной, лишённой следа. Сам акт трапезы утрачивает протяжённость и завершается в момент потребления.

В голландском натюрморте каждый объект имел значение — предметы создавали систему смыслов. В инсталляции «Пир» этот принцип сохранён.
Перед зрителем разворачивается композиция из антикварных сосудов и сервировочных предметов, каждый из которых несёт отпечаток времени и художественной традиции:набор Lenain Paris с чашкой и чайной парой, чайная тройка Copeland, хрустальные фужеры Saint-Louis и гранёный рёмер на зелёной ножке, комплект Aliens со сливочником, сахарницей и подносом, фруктовницы (1, 2), посеребрённое сервировочное блюдо, чайно-кофейный сервиз, подставка для подачи яйца всмятку, вазы и декоративные объекты — от тюльпанницы в технике кракле до порт-куто Daum, — а также кувшин, подсвечники Baccarat, сырница, солонки, бокалы (1, 2) и рюмки (1, 2).

Еда всё чаще редуцируется до функции: быстрой, удобной, лишённой следа. Сам акт трапезы утрачивает протяжённость и завершается в момент потребления.

Традиция vanitas в этом контексте теперь звучит иначе: бренность больше не разворачивается во времени, а становится исходным условием. Вещи не стареют, они изначально обречены на исчезновение. Натюрморт больше не фиксирует расцвет, а пытается удержать ускользающий образ стабильности.

Трапеза всегда была больше, чем приём пищи. Это обряд, церемония — способ быть вместе, разделить совместный опыт и общий стол. «Преломить хлеб» значило установить связь — с другим, с сообществом, с миром.

В центре экспозиции — инсталляция, отсылающая к традиции голландского натюрморта, но переосмысляющая её через оптику сегодняшнего дня: от значимого, церемониального изобилия — к следам потребления и исчезающему опыту.

Проект развивается из художественного высказывания и находит продолжение в предметной среде, предлагая взглянуть на вещи на уровне более глубоком, чем их прикладные функции.

О проекте

В голландском натюрморте каждый объект имел значение — предметы создавали систему смыслов. В инсталляции «Пир» этот принцип сохранён.
Перед зрителем разворачивается композиция из антикварных сосудов и сервировочных предметов, каждый из которых несёт отпечаток времени и художественной традиции:набор Lenain Paris с чашкой и чайной парой, чайная тройка Copeland, хрустальные фужеры Saint-Louis и гранёный рёмер на зелёной ножке, комплект Aliens со сливочником, сахарницей и подносом, фруктовницы (1, 2), посеребрённое сервировочное блюдо, чайно-кофейный сервиз, подставка для подачи яйца всмятку, вазы и декоративные объекты — от тюльпанницы в технике кракле до порт-куто Daum, — а также кувшин, подсвечники Baccarat, сырница, солонки, бокалы (1, 2) и рюмки (1, 2).

набор Lenain Paris с чашкой и чайной парой,

, посеребрённое сервировочное блюдо,

, посеребрённое сервировочное блюдо,

Как в притче, открываем двери всем, кто ценит эстетику и историю. Ведь красота и смысл ждут каждого, кто готов их увидеть и прожить.